Опубликовано расследование о приисковом бизнесе в Красноярском крае

На момент публикации этой статьи опознаны 17 погибших. Все мужчины. «Водки нет, женщин нет – остаётся только работать», – обмолвился как-то председатель Союза старателей России Виктор Таракановский, живописуя спартанский быт приискателей. На самом деле и водки – залейся, и женского пола хватает. Говорят, что там, где смыло бытовки-вагончики, жили женщины. Несколько. Но после прорыва дамбы они пропали. Утонули, нет ли – остаётся гадать. Чем занимается женщина, живя среди приискателей, – понятно. Постирать там, посуду помыть. И не только. «Приисковая кобылка» – так называют старателей и разношёрстную публику, кормящуюся около них, – получает, если верить Таракановскому, немало. «За сезон, который длится около полугода, можно в пределах миллиона рублей заработать – это, как у нас говорят, зависит от фарта». Но женщины, обслуживающие «кобылку», приво­зят на «большую землю» чуть ли не вдесятеро больше. Женщина у сидящих на золоте приискателей – самая ценная добыча. Ценная, но совершенно бесправная. И нигде не учтённая, ни в каких реестрах – как обрушившаяся бесхозная дамба. Потому и неясно, сколько ещё трупов могла унести река.

Во всём виноваты бобры

И на этот раз о жертвах трагедии сообщали дозированно – так у нас с недавних времён повелось. Ну, чтобы народ попусту не будоражить. Мёртвых-то всё одно не вернёшь. Пять трупов, десять, пятнадцать… Потом «всплыли» ещё два. А сколько ещё может «всплыть», поди знай. В офисе компании «Сибзолото», владеющей золотодобывающей артелью, прошли обыски. Возбуждено уголовное дело. Не сомневайтесь, граждане, кому следует, разберутся. 

Так вот, про дамбу. В документах она, понятно, не значится. Ни в одном техническом реестре. Ну так на приисках иначе и не бывает. На полтысячи золотодобывающих артелей приходится две-три тысячи таких вот дамб. Два-три метра в высоту. И не из бетона они, как предписывают правила, а насыпные. Почему дамбы возводят с техническими нарушениями – приисковой козе понятно. Строительные работы нужно согласовывать. Ехать за тридевять земель из лесов, чтобы пройти соответствующие инстанции. Тратить деньги и время. Оно надо? Есть ещё одна тонкость. Скажем, в одном месте артель моет золото огромной драгой. Как бы при этом считается, что это единое место работы артели. Там и общежития, там и техника безопасности. Но чуть вниз по реке старатели тоже моют золото, из той же артели. Драга – дело такое, много песка уплывает. Вот старателей и отряжают мыть остатки. Жить им где-то нужно? В самом деле, не палатки же ставить. Привозят вагончики, возводят времянки. Их-то и смыло давеча. 

Прорыв плотины – на приисках дело обычное. Иногда с такими инцидентами разбираются как следует, находят виновных, сажают. Но чаще иная практика. Сваливают всё на бобров. Они, мол, плотины ломают. Бобров в тех местах немало, это правда. Ничуть не меньше, чем залётных нелегалов. Китайцы, корейцы, киргизы, казахи. Сколько таковских в артели? А шут их знает! На сайте «Сибзолота» навалом вакансий, но местной «кобылке» такие зарплаты – в пределах 50 тыс. рублей – неинтересны. А нелегалам – интересны, и ещё как! При этом кадровая текучка – как ни в одной другой отрасли. Специалистов оформлять не успевают, поверите ли? Так что, если где-нибудь вниз по реке вдруг всплывут вместе с женскими трупами ещё десяток-другой монголоидов – ничего удивительного. «Неучтёнка»! А что вы хотели – чтобы на такие зарплаты да со всем полагающимся оформлением?! Это тайга, уважаемые. Тут так всегда. И в советское время так было. Кто ехал на прииски вкалывать? Бичи! Бывший интеллигентный человек – так расшифровывается. Бомжи, «откинувшиеся» из мест заключения, искатели длинных рублей с подозрительным прошлым. Сброд! Их, конечно, оформляли как полагалось – наверное. Да только кто проверял? Так что такие традиции, ничего не поделать. 

Бардак? Нет, общая практика

О рабском труде на приисках написана уйма текстов – от песен Высоцкого («Как вербованный ишачу, не ханыжу, не торчу!») и газетных статей до миллионов страниц уголовных дел. Но в том-то и дело, что на приисках всякий труд – рабский. Даже если рабочего принимают на работу как положено. Взять хоть то же «Сибзолото». При найме договариваются о графике работы. Месяц трудяга вкалывает, месяц отдыхает. Но артель «старается» безостановочно, а рук, как правило, не хватает. Отдыхать отпахавших рабочих не отпускают. Грозят: сбежите без спроса – не получите денег! И выходит, что пропавшего, но счастливо нашедшегося во время прорыва плотины Олега Камардина за семь месяцев работы отпускали отдохнуть два раза по две недели. Вы скажете: бардак! Но это общая практика почти всех приисковых артелей. И это не побороть. 

Где и какой КЗоТ заставляет рабочих проходить полиграф? А для старателей испытания на детекторах лжи – общее место. Заступаешь на вахту – проверяют. Сдаёшь вахту – опять проверяют. Законно? Разумеется, нет. Но это неписаное правило. И никто, заметим, не подаёт в суд. А вот ещё одно неписаное правило – расчёт только наличными. Никаких карточек, никаких банковских счетов. Только живые деньги. Или вот. Нанимают рабочего, скажем, обслуживать технику. Драгу или ещё что-нибудь. А техника на приисках старая, чтобы не сказать допотопная рухлядь. Постоянно ломается. Значит, простой! И рабочего отправляют на хозяйственные работы. Разумеется, так не договаривались. Но люди идут и работают, хотя по закону, в общем-то, впору в суд подавать. 

И снова о «Сибзолоте». Как там в песне у Высоцкого: «Подсчитали, отобрали за еду, туда-сюда, но четыре тыщи дали под расчёт – вот это да!» Это «за сто семнадцать трудодней», то есть примерно за четыре месяца каторжного труда. Но тысяча руб­лей по советским меркам – запредельно большая зарплата, рядовой ИТР из глубинки получал в 10 раз меньше. А в «Сибзолоте» старателям, как теперь выясняется, платили совсем копейки, 30 тыс. в месяц. Хотя в среднем зарплаты другие – в пределах 200 тысяч. Низкие зарплаты – это не от скупердяйства начальников. Это значит, что маловато старатели золота намывали. А нет добычи – нет и денег. Потому-то и «домывали» остатки, спускаясь вниз по реке и возводя там шаткие халабуды, потому-то и дамбы возводили без проектной документации и из чёрт-те чего. Куда ни кинь, всюду клин. 

Исправит ли зрение губернатору глава Совбеза Патрушев?

Разумеется, ни о чём вышесказанном вслух говорить не принято – только не у артельщиков, а у их начальства. Вот и Малахову тоже прикрыли роток. Его программу о рухнувшей плотине «Сибзолота» успели посмотреть на Дальнем Востоке и в Сибири, а вот жители Урала и европейской части страны вместо этого увидели сюжет о выпавшей из окна жительнице Тобольска. В официальных группах Малахова в интернете запись скандальной программы так и не появилась. И не то чтобы это цензура – это просто золотодобывающие компании так заботятся о своём реноме. Ждать от них того, что они изменят своё отношение к рабочему процессу хотя бы после недавней трагедии, пожалуй, наивно. А у Малахова, кстати, как раз и говорили о жертвах: что их много больше, чем объявили местные власти. Там и женщины могут быть, и китайцы с киргизами – до полусотни человек, по прикидкам. И концов не найти – селевой поток перемалывает людские останки «до атомов», как разъясняют специалисты.

В общем, с отраслевиками всё ясно-понятно. Как и с местными правоохранителями. Эти, как водится, молчок. Но неужели и на федеральном уровне тоже отмолчатся? Похоже, что нет. «Прорыв дамб (оказалось, прорвало не одну, а целых пять) в Красноярском крае, повлёкший человеческие жертвы, стал следствием безответственного отношения должностных лиц к вопросам прогнозирования и предупреждения чрезвычайных ситуаций», – указал секретарь Совбеза Николай Патрушев, выступая в Омске на окружном совещании. «Подобные ситуации – следствие формального подхода к выполнению поставленных задач». В общем, пока арестованы трое – гендиректор артели «Сисим» Максим Ковальков, начальник участка Андрей Еганов и мастер участка Евгений Александров, но не исключено, что под суд отдадут не одних их. Кто проверял дамбы? Кто контролировал соблюдение техники безопасности? Кто должен был заблокировать строительство дамб и возведение самостроев? Это несколько десятков чиновников. Понятно же, что и местная власть, и проверяющие органы в курсе происходящего. А если так, то с кого спрашивать? Может быть, с губернатора? Или даже бери выше, ведь профильные федеральные структуры, глядя сквозь пальцы на местечковые нарушения, по сути, провоцируют подобные трагедии. Зато федеральные издания не отмалчивались. Сообщили, в частности, о якобы имевшем место превышении содержания ртути в реке Сейбе. Правда, Росприроднадзор эти данные опровергает, мол, на месте разрушения дамб ничего подобного нет. Наличие следов ртути подтверждало бы версию о допотопных методах золотодобычи.

В этом году в Красноярском крае чего только не происходило. Летом тайга горела, и были погибшие. А ближе к осени край затопили дожди. Небывалые пожары и столь же небывалые осадки. К которым власти не то что готовы не были – даже не думали готовиться, судя по сто раз описанной прессой реакции губернатора Усса. В самом деле, а что такого-то?! Подумаешь, недоглядели немного! Вот и за рухнувшими плотинами, получается, тоже «недоглядели». Губернатору впору бы зрение поправить – может, у Патрушева получится. 

У вас Усс «отклеился»

А вообще как-то странно получается. Что ни трагедия у нас в стране – так кто-то «сам виноват». Дамба рухнула – виноваты рабочие. Падает самолёт – недоглядели пилоты. Сгорает торговый центр – тоже находят крайнего. Давайте-ка вместе повспоминаем. Пожар в Кемерове, в торговом центре «Зимняя вишня». «Вы что, хотите попиариться на горе?!» – вопрошает тогда ещё вице-губернатор Сергей Цивилёв у потерявшего в огне жену и троих детей Игоря Вострикова. «Владимир Владимирович, вы лично звонили мне, – оправдывался перед президентом тогда ещё губернатор Аман Тулеев. – Ещё раз спасибо великое. Прошу прощения лично у вас за то, что случилось на нашей территории (а у пострадавших Тулеев прощения так и не попросил. – Ред.). Те, с кем я встречался, говорят, что был утренник и там были фейерверки. Очевидцы говорят. И оттуда всё пошло». «Зимняя вишня» сгорела в марте прошлого года, до этого был пожар в пермском клубе «Хромая лошадь». Полторы сотни погибших, а власти реагируют как обычно. Тогдашний губернатор Олег Чиркунов: «Это была трагическая случайность, клуб проверяли, всё соответствовало нормам». Чиркунова уволили «по собственному желанию», он бросил госслужбу и преподавал в Высшей школе экономики в Москве, но затем уехал за границу. «Жизнь надо менять и из Перми надо уезжать. В ближайшие пять лет – не Россия. Я люблю солнце, а у нас пожизненный дефицит солнечных лучей». Говорят, Чиркунов нынче греется во Франции, на Лазурном Берегу. У супруги и детей – гражданство Швейцарии. 

В общем, едва ли кто-то удивится, если завтра вдруг губернатор Усс тоже потянется к солнышку, прочь из промозг­лой Сибири. Всё же стоит его процитировать: «От имени всех земляков выражаю глубокие соболезнования семьям, понёсшим невосполнимую утрату. Искренне сочувствую тем, кто пострадал в этом трагическом происшествии. Службы экстренного реагирования, бригады медиков, МЧС, МВД, представители Следственного комитета оперативно прибыли на место происшествия. Для спасения людей были предприняты срочные меры. Но погибших уже не вернуть». Бла-бла-бла. Типовой набор слов. В общем, отмазался. Как всегда.

То, что гром грянул и «все службы прибыли», – это хорошо, но где раньше были все эти службы? Когда строили все эти рабочие посёлки из вагончиков прямо под плотинами, когда туда завозили людей. Эти сооружения даже из космоса видны – кто-то замерял уровень загрязнения рек и заметил всё это безобразие. Общественники поднимали этот вопрос – тишина! Ощущение такое, что власть и контролирующие органы в равной степени виновны в том, что создалась такая ситуация.

Почему не всех мёртвых считают

На самом деле у «Сисима» за последние годы уже не раз прорывало дамбы. И из-за халатности горных мастеров, и «бобры подгрызали». Но в «Сибзолоте» хоть бы хны. Отбоярились штрафами. Дамбы были точно такие же, как у Щетинина, из чего попало. Никакой строительной документации. В «Сисиме» такие сооружения именуют призраками. И люди там тоже такие же «призраки». Согласно реестрам, проживали в смытом посёлке Щетинкино Курагинского района 180 человек. Без учёта мигрантов и женщин, которых там как бы не было вовсе. В зоне бедствия оказались 72 человека. А местные уверяют: цифры вдвое занижены как минимум. Не потому ли, что пострадавшим положена компенсация – по 2 млн рублей? А где на всех миллионов набрать? Погибшим вот тоже по 2 млн причитается, но всем ли семьям перепадёт? Тем, кого «посчитали», повезло. Остальным – увы. Ну и как вы считаете, станут ли там, на месте, разбираться и выяснять, что это были за смытые селевым потоком женщины и китайцы с киргизами? То-то и оно. Тем не менее, как сообщили в Национальном союзе страховщиков ответственности (НССО), хоть дамба и не числилась в реестре Ростехнадзора и соответственно не могла быть застрахована, компенсации пострадавшим всё равно выплатят. Из фондов Союза – если, конечно, этого не сделает собственник предприятия. То ли «Сисим», то ли «Сибзолото».

Сколько теряют страховщики при таких раскладах – отдельный вопрос. В прошлом году Ростехнадзор при проверках обнаружил 334 так называемых бесхозных гидротехнических объекта. В общей сложности на учёте в Ростехнадзоре 3200 таких сооружений – чуть ли не каждое десятое. Так, быть может, навести порядок возьмутся страховщики, теряющие на подобных трагедиях сотни миллионов?

21:48
27

Не забудьте поделиться с друзьями →

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...